северная маня\маньяна (завтра) (bob_many) wrote,
северная маня\маньяна (завтра)
bob_many

Categories:

Сад Паустовских в Тарусе 3 часть.

1 часть http://bob-many.livejournal.com/484773.html
2 часть http://bob-many.livejournal.com/486703.html


Одно из самых ярких впечатлений от посещения Дом-музея Паустовского в Тарусе - изумительный Сад.

Площадь небольшая, около 25 соток. По краю участка, на высоком берегу реки Таруски, разрослись деревья, посаженные некогда Татьяной Алексеевной.
Сад прекрасно ухожен ( это мы оценили как специалисты=)) Ухаживают за ним два садовника.

Общая планировка и видовой состав сохраняются, с некоторыми изменениями, как при Константине Георгиевиче.
Но Сад не статичный памятник - Сад должен изменяться, расти, цвести и вызывать положительные эмоции=)))

Несмотря на то, что был конец сентября, Сад цвел и благоухал.

вид на беседку в конце сада, между туей и елью, над рекой Таруской


Вспоминает актер и режиссер Алексей Владимирович Баталов:

"Самым заметным признаком этого особого уклада жизни, который отличал эту семью от других, были цветы и всякие растения.

Они стояли повсюду. На прогулках деревья, травы, кусты оказывались его давними знакомыми. Он прекрасно разбирался в них, знал их народные и научные названия. У него было много определителей растений.






В Тарусе Константин Георгиевич вставал раньше всех, обходил небольшой сад при доме, внимательно наклоняясь к каждому растению. Затем садился работать. А когда просыпались домашние, то первым делом говорил жене: "А ты знаешь, Таня, настурция сегодня расцвела"…

Настурция на переднем плане и роскошнейшая 1,5 метровая клеома и флоксы на заднем




В дождевой бочке плавает стеклянный шар - такие шары раньше использовались как поплавки в рыбачьих сетях.





Таруса была выбрана Паустовским за отдаление от железной дороги, за уединенность, за прекрасные места для рыбалки и отсутствие комаров ..

Но совсем скоро уединение прекратилось: преодолевая все невзгоды плохой дороги, приезжали друзья, знакомые, родственники.

Кроме того из лагерей стала возвращаться репрессированная творческая интеллигенция. В Тарусе создается особенная атмосфера.

"Калужская Таруса расположена на 101-м километре от Москвы. По всем статьям глухой приокский городок подошел для разрешения на жительство подальше от столицы людей, с точки зрения ушедших в историю властей, неблагонадежных - прежде всего из числа представителей творческих профессий. После отбытия незаслуженного наказания в Тарусе долгие годы жили Николай Заболоцкий, Ариадна Эфрон, Аркадий Штейнберг... Одно время в знак солидарности с собратьями по духу здесь поселилась Белла Ахмадулина. Под напором нелегких испытаний дороги приводили сюда Иосифа Бродского, Наума Коржавина, Юрия Казакова, Булата Окуджаву... Список людей, ярких, талантливых может быть очень длинным...." ( с) Александр Калько

Об этом периоде подробно интересно рассказывает в своей книге «Таруса – 101-й километр» Татьяна Мельникова.( 2-ое издание)



Паустовский хотел уединения и тишины, он прекрасно понимал, времени остается все меньше и меньше, старался использовать его плодотворно.



С утра, пережив очередной приступ астмы, писатель уходил в свою уединенную беседку ( в теплое время года), построенную над высоким, обрывистым берегом Таруски. Когда-то в этом месте была мельница и от неё остались пороги, по которым вода перекатывается с шумом горного ручья=))



вид на беседку в конце сада, между туей и елью, над рекой Таруской



вид от беседки на дом




интерьер беседки



До 10-11 часов К.Г. работал, затем делал перерыв, обходил сад, завтракал с домашними и гостями, участвовал очень активно в общественной жизни..

Как говорят и помнят сами жители Тарусы, Паустовский сделал очень много для развития города:

благодаря его письмам и многочисленным обращениям по инстанциям, в городе наконец провели водопровод ( установили колонки), стало регулярным электроснабжение, появилась асфальтированная дорога и пр.

Совершенно так же, как некогда к Льву Толстому, стали приходить просители от местных жителей с разными просьбами.
Но при этом местные жители оставались все теми же обывателями - несмотря на уважение и славу, кота Паустовских подстрелили прямо на крыше их собственного дома.

Периодически Тарусу и окрестности ещё и подтопляло, несмотря на высокий берег Оки. Сносило мосты, дорогу отрезало.

наводнение 1908 г


наводнение 1970 г


Конечно, такие масштабные наводнения были редкостью, но дорогу по пути в Тарусу размывало и подтапливало нередко, и это было ещё одним неудобством дачной жизни.


Так что жизнь в Тарусе у К.Г. и его семьи была насыщенной и активной.


Но вернусь к Саду.
К.Г. обожал флоксы за их изумительный аромат. Когда его спросили, почему в его саду нет георгин, он ответил шутливо , мол георгины - это форма, а вот флоксы- это содержание=)))

Чудесные флоксы слева и роскошные розы справа.



Тарусский литератор И. Я. Бодров рассказывал, как поздней осенью К.Г. укрывал на ночь старым плащом цветущий мак, а потом как бы невзначай проводил своих друзей мимо этого алого чуда на фоне пожухлой осенней травы.

Люди снимаются около пышного куста роз - виден масштаб, розы в  рост человека,  около 1, 70 м



Конечно, главным ландшафтным архитектором и садовником, главным устроителем была Татьяна Алексеевна Евтеева-Арбузова.
С её легкой трудолюбивой руки все приживалось и росло в Саду.




Рассказывает старшая дочь, Галина Арбузова:

- ... в качестве саженцев мама использовала, по существу, 25-летние деревья. Представьте, они принялись. Каштан, например, напоминал Киев, магнолия - Ялту и так далее. Новый, 1957 год мы встречали в обновленной избе в Тарусе. С тех пор писатель душой и сердцем прикипел к городку, Оке и быстрой Таруске...." (с)

Насчет 25-летних деревьев, я думаю тут ошибка , а вот 10-12 летние вполне могли быть

Тот самый киевский каштан ( Каштан конский\ Aésculus hippocástanum) форма с необычными для наших широт вытянутыми "грушевидными" соплодиями. Сейчас метров под двадцать высотой.



Шикарнейший бересклет , высотой под 8-9 метров.


Круглая клумбочка с бегонией и любимая скамейка за кустами гортензии.


" На галерее в бабушкином доме в Черкассах стояли в зеленых кадках олеандры. Они цвели розовыми цветами. Мне очень нравились сероватые листья олеандров и бледные их цветы. С ними соединялось почему-то представление о море – далеком, теплом, омывающем цветущие олеандрами страны.

Бабушка хорошо выращивала цветы. Зимой у нее в комнате всегда цвели фуксии. Летом в саду, заросшем около заборов лопухом, распускалось столько цветов, что сад казался сплошным букетом. Запах цветов проникал даже в дедушкин мезонин и вытеснял оттуда табачный перегар. Дедушка сердито захлопывал окна. Он говорил, что от этого запаха у него разыгрывается застарелая астма.

Цветы чудились мне тогда живыми существами. Резеда была бедной девушкой в сером заштопанном платье. Только удивительный запах выдавал ее сказочное происхождение. Желтые чайные розы казались молодыми красавицами, потерявшими румянец от злоупотребления чаем.

Клумба с анютиными глазками походила на маскарад. Это были не цветы, а веселые и лукавые цыганки в черных бархатных масках, пестрые танцовщицы – то синие, то лиловые, то желтые.

Маргаритки я не любил. Они напоминали своими розовыми скучными платьицами девочек бабушкиного соседа учителя Циммера. Девочки были безбровые и белобрысые. При каждой встрече они делали книксен, придерживая кисейные юбочки.

Самым интересным цветком был, конечно, портулак – ползучий, пылающий всеми чистыми красками. Вместо листьев у портулака торчали мягкие и сочные иглы. Стоило чуть нажать их, и в лицо брызгал зеленый сок.

Бабушкин сад и все эти цветы с необыкновенной силой действовали на мое воображение. Должно быть, в этом саду и родилось мое пристрастие к путешествиям. В детстве я представлял себе далекую страну, куда непременно поеду, как холмистую равнину, заросшую до горизонта травой и цветами. В них тонули деревни и города. Когда скорые поезда пересекали эту равнину, на стенках вагонов толстым слоем налипала пыльца.

Я рассказал об этом братьям, сестре и маме, но никто меня не хотел понять. В ответ я впервые услышал от старшего брата презрительную кличку «Фантазер»..."(с)
Далекие годы, Паустовский.



Скамейка под туей, рядом с флоксами, циниями и клеомой



Все в Саду сегодня говорит о том, с какой любовью его лелеют и берегут хранители музея.



Ну а если пройти совсем немного вверх по берегу Таруски, то можно выйти к могиле Паустовского на Старом кладбище.

Когда-то с этого места открывался прекрасный вид, который ныне совсем утрачен из-за разросшихся деревьев.
Простой камень и крест
Паустовского хоронили 17 июля 1968 года. Прощание было в Москве, потом гроб повезли в Тарусу.

... Паустовского Таруса хоронила,
на руках несла, не уронила,
криком не кричала, не металась,
лишь слеза катилась за слезою.
Все ушли, она одна осталась
и тогда ударила грозою.

Над высокой свежею могилой
застонало небо, гром загрохал,
полыхнуло с яростною силой.
Отпевала Паустовского эпоха...(с) Маргарита Алигер

После похорон разразила великолепная , страшная гроза, Константин Георгиевич очень любил грозы..






Место, где река Таруска впадает в Оку.



Виктор Шкловский: " За голубой рекой синеют и зеленеют леса и поля, описанные Паустовским. Таруса помнит его, о нем рассказывают добрые сказки.

Мне рассказывали здесь, что когда Константин Георгиевич ловил на Оке рыбу, то к нему с берега приплывал черный кот, влезал в лодку и получал от Константина рыбу.

Этот кот никогда ни к кому за рыбой не плавал, и коты в Тарусе плавать не любят...." (с)


Ежегодно в Тарусе, 31 мая в день рождения писателя, проводится Литературный Праздник.
Tags: Паустовский, Таруса, земля-дом-сад, картинки моего мира, книги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 3 comments